Бельгия

Такая ситуация сложилась в силу того, что в последние десятилетия происходил процесс серьёзной федерализации общественно-политической жизни, сменивший прежний по существу унитарный характер государственного устройства с преобладанием франкофонского меньшинства. За этот период в стране почти все общенациональные бельгийские партии разделились по языково-общинному признаку (фламандские и валлонские). Это привело к тому, что в законодательные органы страны стало входить не менее десятка сравнительно небольших партий. Для создания правительственной коалиции они вынуждены набирать не менее полдюжины партнёров различной социально-общественной ориентации. Достижение согласия в подобных альянсах становится поэтому проблемой весьма сложной.

Ещё одна особенность общественно-политической структуры просматривается достаточно чётко в растущем разрыве показателей результатов всенародных выборов на федеральном, региональном и локальном уровнях. Так, например, праворадикальная фламандская партия «Флаамс блок» ^Б) на федеральных выборах набрала лишь 5,6% голосов избирателей (она не была включена в правительственную коалицию). Но на выборах в крупных фламандских городах её показатели были в несколько раз выше (в Генте — ок. 20%, а в Антверпене — 33%). Эта националистическая партия выступает не только против притока иммигрантов в страну, но и против финансового субсидирования Валлонии за счёт растущей экономики Фландрии. Понятно, что в таких условиях федеральная вертикаль власти не всегда может функционировать достаточно эффективно.